Словарь по исламу И ИСЛАМ В МОСКВЕ

ИСЛАМ В МОСКВЕ

ИСЛАМ В МОСКВЕ – тема малоизученная; здесь существует больше версий, чем «объективных» знаний. Но исследователи сходятся в одном: контакты с исламским миром в Москве начались с момента ее основания. Ссылаясь на Ипатьевскую летопись, в которой первое упоминание Москвы относится к 1147 г., авторы напоминают, что она тогда входила в имение боярина Кучки, располагавшееся в районе современной Сретенки, и долгое время носила название «Кучкова поля». При этом утверждается, что происхождение имени боярина восходит к словам тюркского корня «кучюк» («маленький, небольшой»), или «кучу» – «перемещение», «переезд», «кочевье». Поселение на этом месте стояло на знаменитом пути «из варяг в греки», о чем свидетельствуют археологические находки на территории Москвы и вокруг нее в виде кладов арабских дирхемов, относящихся к VII–IX вв. По времени это совпадает с эпохой активного распространения ислама и становления Халифата в новых границах, включая его северные границы – Дербент и Хорезм. Поскольку дирхемы являлись в то время в международной торговой практике своего рода «твердой валютой», можно с уверенностью утверждать, что местное население вело торговлю со странами Востока. Достоверно известно также, что Владимиро-Суздальское княжество еще с XII в. имело не только торговые, но и дипломатические связи с Дербентом и Хорезмом, а мусульманская Волжская Булгария была его близким соседом. В силу географической близости и постоянно расширяющихся торговых связей происходила активная миграция людей, следствием чего были, в частности, смешанные браки и увеличение числа лиц «булгаро-славянской национальности». Из их числа (с большой долей вероятности) был и обрусевший Стефан (Степан) Кучка. Тюркские корни прослеживаются не только у него, но и у Андрея Боголюбского – сына Юрия Долгорукого и половчанки. Это дает основание исследователям утверждать, что Москва с момента основания была городом, соединявшим две изначально присущие ему духовно-культурные традиции: одну, восходящую к исламу и, прежде всего, к принявшим его волжским булгарам, другую – к христианству византийского образца, которое в силу исторического выбора стало религией большинства населения. Эпоха Золотой Орды (с XIV в., с правления хана Узбека) принесла еще большее исламское влияние (уже непосредственно в Москву), поскольку ислам стал в Орде государственной религией. Именно в этот период начинается постепенное возвышение Москвы как стольного города и укрепление (в целом) Московского княжества. В Москве появились первые колонии и поселения мусульман – купцов и баскаков (сборщиков дани). Порядок жизни в местах их компактного поселения регламентировался согласно привычному укладу и традиционным предписаниям ислама. В топонимике Москвы об ордынском влиянии свидетельствуют названия поселений: Арбат, Балчуг, Таганка, Ордынка, Измайлово, Большой и Малый Татарские переулки и др. Внутри Московского Кремля вплоть до правления Ивана III (1440–1505 гг.) существовал Татарский двор – официальная резиденция ордынских баскаков. Наличие в столице большого числа ханских подворий (посольств) и дворов, находившихся как внутри Кремля (например, основанный в 1365 г. Чудов монастырь, где располагалась резиденция ханских послов), так и за его пределами (в Зарядье, Замоскворечье, селах Измайлово и Татарово), дает основание говорить, что здесь жила ордынская элита (даруги – т.е. ханские наместники, «градоначальники», а также ханские посланники и их толмачи, мурзы, баскаки и купцы), а это должно было по определению регламентировать порядок жизни согласно мусульманским законам.

 



 
PR-CY.ru