Словарь по христианству В ВОНДЕЛ Йост ван ден

ВОНДЕЛ Йост ван ден

ВОНДЕЛ Йост ван ден (1587–1679 гг.) – выдающийся голландский поэт и драматург, создатель национальной голландской трагедии классицизма, автор лирических, эпических и дидактических стихов, сатир и драм на исторические и библейские сюжеты. Сын ремесленника-меннонита, он был обязан своей высокой культурой, главным образом, самообразованию. Творческую юность Вондел провёл среди риторов «брабантской» камеры (его родители происходили из Антверпена) и в Мейденском кружке, был другом поэта и драматурга Питера Корнелисона Хофта (1581–1647 гг.). Но, воспитанный на традициях Ренессанса, он открыл новую эпоху. Свойственные творчеству Вондела грандиозная концепция и могучее дыхание барокко не были совместимы с изысками Мейдена, однако именно Хофт и мейденцы привили ему интерес к античной и ренессансной культуре. Без неё было бы невозможно то переплетение барокко с классицизмом, которое составляет особенность художественного метода Вондела. Уже в первом его большом произведении – трагедии «Пасха, или Спасение детей израилевых из Египта» (постановка 1610 г., издание 1612 г.) Вондел проявился его поэтический талант, наметилась первая важнейшая сторона его творчества – злободневность и связанная с этим тенденциозность, делающая его творчество острополемичным: Вондел прославлял борьбу Нидерландов против испанского абсолютизма. В «Разрушенном Иерусалиме» (1620 г.), трагедии о гибели иудеев с «моралью» для современников, автор предостерегает от опасности, которой угрожают Нидерландам внутренние конфликты. В этом произведении (как и в «Пасхе») ещё не совсем забыт театр редерейкеров (так называемой «камеры риторов» – любителей театра и литературы, объединившихся в общества цехового типа): его рудимент – аллегорическая фигура Молвы. Как вид образности аллегория находит у Вондела и впоследствии широкое применение, трансформируясь в барочном духе (единичное, случайное как знак, символ всеобщего, существенного). Ещё важнее то, что Вондел, как и его предшественники (Корнхерт, Хейнсий, Хофт), принял из риторовой «драмы идей» сам принцип построения персонажа как изначального носителя отвлечённой идеи. В ранний период творчества (особенно в 1620–1630 гг.) он увлекался Луцием Аннием Сенекой (около 4 г. до н.э. – 65 г. н.э.), по трагедиям которого изучал драматургическую технику, перерабатывая и переводя их (влияние Сенеки заметно во многих драмах Вондела). В зрелые годы ему была близка древнегреческая драматургия. Познакомившись с греческим языком, Вондел переводит «Электру» (1639 г.), «Эдипа-царя» (1660 г.) и «Трахинянок» (1668 г.) Софокла (около 496 – 406 гг. до н.э.), «Ифигению в Авлиде» (1666 г.) Еврипида (около 480 – 406 гг. до н.э.). В трагедии «Фаэтон, или Безрассудная дерзость» (1663 г.) использован сюжет из переведённых им позже (1671 г.) «Метаморфоз» Публия Овидия Назона (43 г. до н.э. – 17/18 г. н.э.). Любимый античный поэт Вондела – Публий Вергилий Марон (70 – 19 гг. до н.э.): сначала Вондел перевёл его (с посвящением Хофту) в прозе (1646 г.), а затем и в стихах – полностью. Вторая песнь «Энеиды» послужила драматургу образцом для трагедии «Гейсбрехт ван Амстел» (1637 г.), которую он посвятил своему опальному другу Гуго Гроцию (1583–1645 гг.). Попыткой создать образ национального героя и сюжетом «Гейсбрехт» перекликается с трагедией Хорфта «Герардт ван Фелзен». В финале архангел Рафаил (в «Герхардте» – речной бог Фехт) предсказывает Амстердаму процветание и могущество. Постановкой этого патриотического произведения торжественно открылся первый в Нидерландах постоянный театр, амстердамский «Схаубюрх», где состоялись премьеры большинства трагедий Вондела; с тех пор по традиции этот спектакль ежегодно (вплоть до 1968 г., когда его сменил «Испанец из Брабанта») исполнялся здесь в юбилейные новогодние дни. Полагают, что героическая трагедия Вондела вдохновила Рембрадта Харменса ван Рейна (1606–1669 гг.), видевшего её постановку, на создание знаменитого «Ночного дозора». Но «Гейсбрехт ван Амстел» интересен исследователям также иным своим аспектом – ярко выраженным лиризмом (особенно в линии Гейсбрехта и его жены Баделох), который составляет другую существенную сторону творчества Вондела как драматурга и, разумеется, как поэта. Об этом свидетельствуют и его жизнерадостные эпиталамы (свадебные песни), и скорбные надгробные надписи – эпитафии (Вондел пережил смерть всех своих ближних). Одна из них (памяти малолетнего сына Константина) была переведена поэтом и драматургом Петром Александровичем Корсаковым (1790–1844 гг.) для его «Опыта нидерландской антологии» в 1844 г. Исследователи полагают, что это – первое сочинение Вондела в русском переводе, хотя его имя упоминалось много раньше, например, в «Эпистоле о стихотворстве» (1747 г.) Александра Петровича Сумарокова (1717–1777 гг.). Лирико-патриотической по настроению была и единственная пастораль «Жители Львиной долины» («Лёвендальцы», 1647 г.) с характерным для Вондела-гуманиста эпиграфом: «Мир – лучшее на свете». Идейно-художественная направленность «Лёвендальцев» во многом перекликается с известной картиной Рембрандта «Единство страны».

 



 
PR-CY.ru