Словарь по христианству Г ГРИГОРИЙ - Страница 5

ГРИГОРИЙ - Страница 5

В области догматики Григорий сосредоточил внимание на триадологии, которая раскрывается, главным образом, в трактате «De fide» («О вере»). В этом вопросе он испытал сильное влияние тринитарного богословия предшествовавших и современных ему западных богословов – Тертуллиана, Новациана, Агенского епископа Фивадия, Каралитанского епископа Луцифера, Пектавийского епископа Илария, а также вероопределения Сардикийского собора 343 г. с его сильным акцентом на единстве Божества. Григорий точно так же говорил о различии между Богом Отцом и Сыном «по именам» («nominibus»), подчёркивал «единство сущности» («unitas substantiae»), переводил никейский термин «единосущный» как «единой сущности» («unius substantiae»), приводил тот же набор аргументов против ариан, что и в сардикийском вероопределении. Вместе с тем он равным образом отвергал как учение Ария, не признававшего единосущия, так и учения Савеллия и Фотина, не признававших ипостасных различий. Григорий учил не только об общем «единстве рода» («unitas generis»), «единстве сущности» («unitas substantiae») или «природы» («naturae individua unitas») Отца и Сына, но и о совершенном единстве и единосущии всей Троицы: «Отец поистине есть Отец, Сын поистине есть Сын и Святой Дух поистине есть Святой Дух... Это и есть совершенная Троица, пребывающая в единстве, Которую мы исповедуем единосущной (unius substantiae)»; в Ней «три имени и три Лица одной сущности (unius essentiae), одной власти и могущества (unius majestatis atque potentiae)». При этом единство сущности, власти и могущества проистекает из единого источника – Бога Отца. Не менее ясно он учил и о различии Лиц, соответствующем различию Их имён (personarum distinctio secundum vocabulum), которое основывается не на нашем субъективном представлении о Них, но на объективном различии Их «личных свойств» («proprietas personarum»), отражающем глубинные «тайны Божественных распределений» («divinarum dispositionum mysteria»). Это он подтверждал различными тварными аналогиями: светильник и свет, солнце и сияние и т.п. Из различий личных свойств приводил, в частности, нерождённость (ingenitus) Отца и рождённость (genitus, unigenitus) Сына. Сын Божий есть Слово Божье (Verbum, Sermo); притом не то слово, которое не имеет самостоятельной реальности («nec verbum sine re»), подобно звуку голоса, но такое, которое есть Разум и Премудрость Божия, вечно сущая со Отцом («semper cum Patre est»). Сын от вечности рождён («natus») от Отца (точнее, «из сущности Отца», «de Patris substantia, de eo ipso quod Deus est») и исшёл («processit») от Него в определённое время для творения мира (ср. учение апологетов, в частности, Тертуллиана, «о двойственном слове»). Поэтому Сын «таков же, каков и Отец»; Ему «принадлежит всё, что есть Отец» («totum quod Pater est»). Сын послал нам «от Своей собственной и самой Своей единой сущности («de propria sua et ipsa una substantia sua») Святого Духа, Защитника, Освятителя и Руководителя к жизни вечной», Который, хотя и исходит от Бога Отца, но именно от Сына (т.е. «от того, что есть Сын, как и Сын – от того, что есть Отец») получает то, что дарует нам. В этом вопросе Григорий находится в русле складывавшегося в то время западного учения о Filioque. Впрочем, он говорил здесь, равно как и в других случаях, об икономической роли Святого Духа, т.е. о различных дарах и действиях Святого Духа в церкви.

 



 
PR-CY.ru